Он был прекрасный человек, хотя и

Он был прекрасный человек, хотя и ненавидел нас – не потому, что мы христиане, а потому, что иностранцы. Я часто думал, не стала ли Марико христианкой, чтобы, лучше изучив наш образ действий, потом уничтожить нас… Он говорил, что я настроил Городу против него. – А вы настроили? – Нет. – Какой он был из себя? – Низенький, лысый мужчина, очень гордый. Прекрасный генерал и замечательный поэт. Так жаль, что они так кончили… все Акечи. И теперь последняя из них… Бедная Марико… но ведь она сделала это, чтобы спасти Торанагу – если так захочет Бог. – Алвито коснулся своих четок, – Еще, кормчий, перед тем как уехать, я хотел бы извиниться перед вами за… в общем, я рад, что отец инспектор был там и ему удалось спасти вас. Не за «Эрзамус» – хотя я ничего не сделал с ним. Я прошу извинения только за этих людей – Пезаро и адмирала. Я рад, что ваш корабль сгорел. – Сигата га наи, отец. Скоро я построю другой. – Какого типа судно вы хотите построить? – Достаточно большое и хорошо вооруженное. – Чтобы атаковать Черный Корабль? – Чтобы уплыть домой, в Англию, – и защититься от любых врагов. – Это напрасные траты – весь этот труд. – А что, еще раз «воля Божья»? – Ну да. Или диверсия. – Если так, и мой новый корабль тоже погибнет – я построю другой… А с ним не повезет – еще один. Я хочу построить корабль или получить место на чужом корабле. Когда вернусь в Англию – выпрошу, одолжу, куплю или украду каперское судно и вернусь обратно. – Да, я понимаю.