– Господин? – Пишите следующее: «Я,

– Господин? – Пишите следующее: «Я, Ёси Торанага нох Миновара, восстанавливаю в правах моего сына, Ёси Судару нох Миновару, как своего наследника, с восстановлением во всех званиях и доходах». Судару поклонился. – Благодарю вас, отец, – Голос его был тверд, но в глубине души он недоумевал – почему все это? – Поклянись торжественно, что будешь выполнять все мои распоряжения, завещания и беречь мое наследство. Судару повиновался. Торанага молча ждал, пока Каванаби напишет бумагу, подписал ее и заверил своей печатью – маленьким квадратным кусочком слоновой кости с выгравированным на одном конце его именем. Он прижал печать к почти высохшей красной туши, потом к концу листа рисовой бумаги. Отпечаток получился идеальным. – Спасибо, Каванаби сан, датируйте его вчерашним числом. Пока все. – Прошу меня извинить, но потребуется еще пять копий, господин, чтобы ваше решение считалось окончательным: одна – для господина Судару, одна – для Совета регентов, одна – для Дома регистрации, одна – для вашего личного делопроизводства и одна – для архивов. – Сделайте их сразу. И дайте мне дополнительно еще одну копию. – Да, господин. – Секретарь ушел. Теперь Торанага мог взглянуть на Судару и рассмотреть его узкое, бесстрастное лицо. Когда он, умышленно внезапно сделал это объявление, на лице Судару ничего не отразилось, руки не задрожали. Ни радости, ни благодарности, ни гордости – даже ни удивления, и это огорчило его.