Оставшись опять одни, они заговорили о

Оставшись опять одни, они заговорили о своей поездке, счастливые просто тем, что снова вместе, любя друг друга без прикосновений, избегая разговоров о Торанаге и о том, что должно произойти завтра. Потом он спросил: – Ишидо – мой враг. Почему же вокруг меня столько охраны? – Чтобы защитить тебя. Но также и чтобы лучше удержать тебя. Я думаю, Ишидо захочет использовать тебя и против Черного Корабля, Нагасаки и господ Кийяма и Оноши. – А, да. Я тоже думал об этом. Она заметила, как он рассматривает ее. – В чем дело, Анджин сан? – Вопреки тому, что считает Ябу, я не думаю, что ты глупая, – ведь сегодня вечером все было преднамеренно, умышленно, так спланировано – по приказам Торанаги. Она разгладила складку на своем парчовом кимоно. – Он дал мне поручения. Да. Блэксорн перешел на португальский: – Он предал вас. Вы только приманка – знаете вы это? Вы только наживка на одном из его крючков. – Почему вы так говорите? – Вы приманка. Так же как я. Это очевидно. И Ябу приманка. Торанага послал нас всех сюда на заклание. – Нет, вы не правы, Анджин сан. Простите, но вы не правы. Он сказал по латыни: – Я говорю тебе, что ты красивая, и я люблю тебя, но ты лжешь. – Никто не говорил мне этого раньше. – Ты должна признать, что никто раньше не говорил тебе «я люблю тебя». Она опустила глаза на веер: – Давай поговорим о чем нибудь другом. – Что выиграет Торанага, пожертвовав нами? Она не ответила. – Марико сан, я имею право спросить тебя.