– Простите, господин, пожалуйста,

– Простите, господин, пожалуйста, извините ее за такое непристойное поведение. – Э, это неважно. А вот как быть теперь с Ишидо? Э э э, госпожа… ваша шпилька о крестьянах оставит отметку надолго – ведь это удар по самолюбию господина генерала. У вас появился теперь такой враг! Ваши слова его оскорбили и унизили перед всеми! – О, вы так думаете? Пожалуйста, извините меня, я не хотела его оскорблять. – Эх, он крестьянин, всегда им был и останется, и всегда будет ненавидеть нас, настоящих самураев. – О, господин, как вы умны, что поняли это. Благодарю вас за то, что вы мне это сказали. – Марико поклонилась и сделала вид, что вытирает слезы, потом добавила: – Пожалуйста, можно я вам скажу, что чувствую себя теперь такой защищенной – вашей силой… Если бы не вы, думаю, что я просто потеряла бы сознание. – Глупо было нападать на Ишидо перед всеми, – Ябу уже несколько успокоился. – Да, вы правы. Как жаль, что не все наши вожди так сильны и умны, как вы, господин, а то наш господин Торанага не попал бы в такую беду. – Согласен. Но вы все же поступили опрометчиво. – Прошу меня простить. Да, это моя вина. – Марико все еще мужественно сдерживала слезы. Она опустила глаза и прошептала: – Благодарю вас, господин, что вы приняли мои извинения… Вы так великодушны… Ябу кивнул: он заслужил эти похвалы, и ее раскаяние и покорность в порядке вещей, – конечно же, он необыкновенно умен. Марико продолжала его ублажать и льстить ему. Скоро он стал абсолютно податлив.