– Да, так и есть. Ничего, генерал,

– Да, так и есть. Ничего, генерал, китайская болезнь скоро прикончит его и мы навсегда распрощаемся с его грязными шутками, – заметил кто то. – И этой вонью. – Когда он возвращается обратно? – Кто знает? Мы даже не знаем, почему Торанага сама отправил его на север. Лучше бы он оставался там. – Если бы вы были с такой болезнью, вы бы так же плохо шутили. – Да, Ябу сан. Да, я бы тоже. Жаль, что он болеет сифилисом, он хороший генерал – лучше, чем Холодная Рыба, – добавил генерал Кьесио, назвав тайную кличку Судару. – Э э э, – присвистнул советник. – Это дьяволы воздуха заставили вас распустить языки. Или саке? – А может, китайская болезнь? – съязвил генерал Кьесио с горьким смехом. – Спаси меня Будда от этого! – поостерегся Ябу. – Если бы только господин Торанага передумал насчет Осаки! – Я бы покончил с собой, если бы его это устроило, – заявил молодой человек. – Не обижайся, сынок, но ты витаешь в облаках. Он никогда не передумает. – Да, отец. Но я совершенно не понимаю его… – Мы все поедем с ним? Тем же составом? – осведомился Ябу немного погодя. Исуми, старый советник, внес полную ясность: – Да. Мы поедем как сопровождающие. И две тысячи человек с полным парадным снаряжением и обмундированием. Чтобы добраться туда, нам потребуется тридцать дней. Выезд через шесть дней. – Времени немного. Не так ли, Ябу сама? – спросил генерал Кьесио. Ябу не ответил. В этом не было необходимости – генерал и не ждал ответа. Все примолкли и погрузились в размышления.